Осужденные требуют доплат за работу в праздники через Конституционный суд

Конституционный суд проверит, должны ли осужденные к принудительным работам получать полноценные выплаты за труд в праздники и северные надбавки. Двое заявителей пытаются доказать, что нормы Уголовно-исполнительного кодекса противоречат Конституции, лишая их права на справедливое вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей.

Дмитрий Жилкин и Денис Лузинов, отбывавшие наказание в Новосибирской области, объединили свои претензии в одном производстве. Жилкин, оформленный рабочим по обслуживанию зданий с окладом в 3577 рублей, столкнулся с парадоксальной ситуацией: за смены в выходные и праздничные дни он получал меньше, чем в обычные будни. Попытки оспорить расчеты в региональных судах провалились. Судьи раз за разом указывали, что принудительные работы — это прежде всего метод исправления, а значит, стандартные гарантии Трудового кодекса на заключенных не распространяются.

Второй заявитель, Денис Лузинов, трудился на кирпичном заводе и теперь требует признать за осужденными право на территориальные коэффициенты. Он считает, что отсутствие «северных» надбавок нарушает принцип равенства граждан перед законом. Оба истца настаивают: текущая редакция Уголовно-исполнительного кодекса фактически легализует принудительный труд без адекватной компенсации, что прямо запрещено 37-й статьей Конституции.

Масштаб системы исправительных центров в России стремительно растет. По данным Верховного суда, только за первую половину 2025 года к такому виду наказания приговорили более 10 тысяч человек. Сегодня в стране развернуто 400 центров, способных принять до 50 тысяч осужденных. Глава ФСИН Аркадий Гостев ранее заявлял о высокой экономической эффективности модели: в 2024 году заключенные произвели продукции на сумму свыше 47 миллиардов рублей.

Конфликт исправительной логики и трудовых прав

Юридическое сообщество оценивает перспективы дела сдержанно. Судебная практика традиционно разделяет работу свободного гражданина и труд осужденного. В первом случае это добровольная сделка, во втором — элемент государственного наказания. Управляющий партнер Sakura Legal Даниил Базылев полагает, что Конституционный суд вряд ли пойдет на полное уравнивание этих статусов. Логика системы строится на том, что труд заключенного — это не классическое трудоустройство, а способ загладить вину перед обществом.

С другой стороны, правозащитники указывают на системные перегибы. Член СПЧ Ева Меркачева отмечает, что в исправительных центрах часто практикуются «добровольно-принудительные» переработки. Заключенных вынуждают подписывать согласия на работу сверх нормы под угрозой дисциплинарных взысканий или лишения шансов на условно-досрочное освобождение. В таких условиях отсутствие четких финансовых фильтров в законе превращает труд в эксплуатацию. Решение суда должно прояснить, сохраняются ли базовые экономические права человека в условиях пенитенциарной системы.